Материал из afrocuba.ru

(Текст публикуется с любезного разрешения автора, Артура Ераносова. Оригинальный текст)

Передача первая

Рассказ об исполнителе, который сегодня оказался в центре нашего внимания, — это почти книжная история. Она повествует о том, как американец, появившийся на свет в семье мексиканских иммигрантов, преодолев бессчетное количество препятствий, стал музыкантом мирового класса. Он исполняет афро-кубинский джаз, то есть музыку, к которой по своему происхождению не имеет никакого отношения и это удивительно, потому что, не будучи ни кубинцем, ни пуэрториканцем, этот перкуссионист достиг такого уровня мастерства, позавидовать которому могли бы самые именитые музыканты с островов Карибского бассейна. После столь длинного вступления нам остается только назвать его имя и начать сегодняшний выпуск. Мы рады вам представить мистера Пончо Санчеса.

Пончо Санчес родился в октябре 51-го года в Ларедо, штат Техас. Вскоре семья решила перебраться в Южную Калифорнию, где в небольшом городке Норуолк прошло детство будущей звезды латинского джаза. Пончо был самым младшим из 11-ти детей. "Young Set" на свадьбе брата Санчеса.

1969-й: благодаря собранной cемьей большой коллекции записей, он в раннем возрасте хорошо представлял себе, что такое мамбо и ча-ча-ча, буквально упиваясь звуками подобного рода музыки в исполнении Тито Пуэнте, Мачито и Тито Родригеса. "Когда я был совсем маленьким, — вспоминает Санчес, — я думал, что вся эта музыка была из Техаса".

Так было до момента, когда кумир его детства Монго Сантамария появился в одном из клубов Лос-Анжелеса Lighthouse. Уже в то время питавший иллюзии относительно своего будущего, юный перкуссионист стремился во что бы то ни стало получить место в первом ряду.

"Я увидел прием, которым он ударяет в конгу, услышал звук и замер, — говорит Пончо. Позже я сказал себе, что это было то, как мне бы хотелось звучать".

Он начинает серьезно заниматься, учась запутанному афро-кубинскому стилю. Вместе со своими школьными приятелями — гитаристом Рамоном Банда и его братом Тони, игравшим на бас-гитаре, Пончо организует группу, которая, постигая азы, начинает репетировать в гараже его матери. (Позже Рамон переключился на тимбалес и стал одним из лучших исполнителей на этом инструменте, постоянно выступая в различных проектах Санчеса)

Параллельно ребята принимают участие в еженедельных перкуссионных джемах в лос-анжелесском Гриффит-Парке. Там Пончо заслуживает завидное уважение местных кубинских и пуэрториканских конгистов и о нем начинают говорить, как о музыканте, который играет на конгах с точностью метронома звуком, напоминающим звук самого Монго.

Некоторое время спустя, слух о Пончо Санчесе достигает ушей известного пианиста и руководителя оркестра Клэйра Фишера, с которым они, познакомившись, создают группу Salsa Picante. Благодаря Фишеру, усмотревшему в молодом музыканте перспективного исполнителя, Санчес получает свой первый контракт со звукозаписывающей фирмой Discovery Records. Здесь появляется его первая долгоиграющая пластинка, записанная им совместно с Клэйром.

А затем наступает самый плодотворный период его профессиональной карьеры, во время которого Пончо почти восемь лет играет в составе группы вибрoфониста Кола Чейдера вплоть до безвременной кончины последнего на Филиппинах в мае 82-го года. "Я научился очень многому, находясь рядом с таким прекрасным музыкантом", — говорит Пончо о Коле, до сих пор смотря на него как на икону латинского джаза.

О том, как началось сотрудничество Санчеса и Чейдера мы подробнее расскажем в следующий раз, а сегодня я, Артур Ераносов, прощаюсь до встречи через неделю и оставляю вас с композицией El Jamaiquino, которая прозвучит в исполнении ансамбля Пончо Санчеса. Всего вам доброго.

(Фонограмма: El Jamaiquino из альбома El Mejor, Concord Picante, 1992)

Передача вторая

Сегодня мы продолжим рассказ об одном из самых известных современных музыкантов, исполняющих "латин-джаз". Итак, незадолго до наступления Нового 1975 года наш герой, Пончо Санчес, становится участником звездного ансамбля под руководством легендарного виброфониста Кола Чейдера, чье имя для любителей латинской музыки до сих пор остается почти священным.

Это произошло совершенно случайно: давнишняя мечта стала реальностью, когда неожиданным образом желание и потребность встретились в одно и то же время и в одном и том же месте. А случилось вот как: Санчес со своим приятелем сидел на концерте, где выступала группа Кола Чейдера. Друг Кола, который слышал Пончо в местном клубе "Пико Ривера", решил познакомить их. Выяснилось, что в скором времени место конгиста в ансамбле Чейдера станет вакантным, и последний, не сходя с места, предложил Санчесу прослушаться.

Задор и профессионализм молодого музыкантa приглянулись опытному мастеру, и спустя две недели он позвонил и попросил отыграть с ним еще один концерт. Был канун Нового года. Клуб "Кокосовая роща" в отеле "Амбассадор" был переполнен.

"Я был возбужден, испуган и всякое такое, что с этим связано, — вспоминает Пончо. Я так нервничал, что не осознавал, что играю хорошо. После первого отделения Кол подошел ко мне, обнял, поцеловал в щеку и сказал, что моя игра его просто потрясла и что отныне место конгиста в его ансамбле принадлежит мне, если я не против. У меня от счастья чуть не подкосились ноги. С трудом удержавшись на них, я бросился его благодарить".

Один из основных критериев, по которому Кол Чейдер подбирал музыкантов — умение играть разную музыку. Этим он руководствовался, когда организовывал свой ансамбль. Санчес полностью отвечал этому требованию. Приглашение Чейдера в состав своей группы стало важным событием в судьбе Пончо. Выпустив до этого пару сольных пластинок на фирме Discovery Records, он на долгое время отказывается от своих личных амбиций, отныне записываясь только с ансамблем Кола. Постигая секреты мастерства знаменитого музыканта, Санчес почти на восемь лет становится добровольным узником, жадно впитывая все, что бы ни говорил и ни делал маэстро.

Так происходит до 82-го года, когда 56-летний Чейдер скоропостижно скончался в Маниле. Его смерть была сильным потрясением для Пончо, но, пройдя через период депрессии, он собирает свою собственную группу, заключает контракт с фирмой Concord Records и выпускает на ней свой в общей сложности третий сольный диск Sonando.

Затем следуют пластинки Bien Sabroso!, El Conguero, Papa Gato, которые помогли Санчесу утвердиться и стать одной из самых уважаемых фигур "латин-джаза".

Несмотря на то, что карьера Пончо Санчеса сложилась довольно успешно, он никогда не забывал о своем учителе, которому в 95-ом году решил посвятить свой едва ли не лучший альбом Soul Sauce.

Для этого он долго искал виброфониста, пока, наконец, не остановил свой выбор на Рубене Эстрада. "Мне предлагали многих, — вспоминает Пончо, — в том числе и Бобби Хатчерсона. Однако я хотел максимально воссоздать звучание группы Чейдера, получить его настолько близким, насколько возможно. Рубен, хорошо знавший и любивший Кола, может быть не был столь техничен, как многие, но он обладал "чейдеровским" звуком, что для меня было важнее всего".

Ради той же достоверности звучания, Санчес решил пожертвовать реликвией, которой обладал, и выдал Рубену для записи виброфонные палочки Кола, бережно хранимые до этого момента. "Было занятно следить за тем, как Рубен заботился о них, — говорит Пончо, — как после каждого сеанса он аккуратно протирал их и клал в сейф с двумя охранными замками. Это лишний раз говорило о его отношении к памяти о великом музыканте".

Напоминаем, что это случилось лишь в 95-ом году, а до той поры еще многое произошло в судьбе Санчеса, но об этом поговорим в следующий раз. Сегодня же я, Артур Ераносов, прощаюсь до встречи через неделю и оставляю вас с Пончо Санчесом, в исполнении которого звучит композиция Monk. Всего вам доброго.

(фонограмма: Monk из альбома El Mejor, Concord Picante, 1992)

Передача третья

Сегодня мы закончим наш рассказ о знаменитом перкуссионисте Пончо Санчесе, исполняющим афро-кубинский джаз. Итак, после внезапной смерти Кола Чейдера, в группе которого Санчес проработал без малого восемь лет, Пончо решает собрать собственный ансамбль, чтобы продолжить дело своего друга и учителя.

Унаследовав связи Чейдера на фирме Concord Picante, он выпускает на ней одну за одной четыре сольных пластинки, которые помогают ему утвердиться и стать одной из самых уважаемых фигур в латинском джазе.

О признании Санчеса говорит и тот факт, что выдающиеся музыканты охотно откликаются на его предложения о сотрудничестве. Так для участия в своих альбомах Пончо удается пригласить Фредди Хаббарда, Тито Пуэнте, Эдди Харриса и других, чьи имена сами по себе уже о многом говорят любителям джаза и "латин-музыки".

Записи музыканта становятся популярными и хорошо раскупаются, что не может не радовать руководство фирмы, выпустившей на сегодняшний день 17 (!) сольных дисков Пончо Санчеса. Такое долгое сотрудничество является редким примером постоянства, которое, несомненно, устраивает обе стороны. Во всяком случае Санчес говорит об этом так: "Ни разу Concord не указывал мне, что нужно делать и как. Они предлагали, но никогда не давили на меня. Это то, почему у меня с ними до сих пор прекрасные взаомоотношения".

В 90-х годах творческая активность Пончо Санчеса достигает своей высшей точки. Каждый год появляется по одному, а то и по два номерных альбома артиста и это при плотном концертном графике. "Я люблю выступать, — говорит Санчес, — и всякий раз, когда не играю хотя бы неделю, не могу дождаться, когда снова выйду на сцену. Многие группы выпускают альбом, гастролируют два месяца, а затем разбегаются кто куда. Я со своим ансамблем так не могу. Для нас то, чем мы занимаемся — наша жизнь. Больше всего на свете я люблю играть". И он играет, давая в год астрономическое количество концертов со своей группой и плюс к тому выступает в качестве приглашенного музыканта в разных других составах. Однажды, во время тура со знаменитым Тито Пуэнте, в Вашингтоне конгрессмен объявил даже День Пончо Санчеса, отмечая великолепную игру музыканта и его невероятную трудоспособность. Плоды его трудолюбия и увлеченности любимым делом видны невооруженным взглядом. То, насколько тщательно он овладел афро-кубинскими ритмами, для многих удивительно. "Люди все еще спрашивают меня "неужели вы не с Кубы или Пуэрто-Рико?", — смеется Санчес. — И я отвечаю им "нет, я родился в Лоредо, штат Техас, а вырос в одном из районов Лос-Анджелеса, но если вы в своем сердце ощущаете латинский джаз и любите его также, как люблю его я, — не имеет значения, откуда вы".

Несмотря на то, что Пончо Санчесом в общей сложности выпущено 19 сольных альбомов, он по-прежнему вынашивает много интересных идей, щедро делясь ими с журналистами. В ближайшее время в планы музыканта входит выпуск диска бразильской музыки в стиле "босса-нова" со струнным составом. Другой альбом будет посвящен соул-легенде и кумиру его детства Джеймсу Брауну, записи которого в свое время он собрал целиком. Есть также мысли по поводу создания биг-бэнда для очередного СД, которым Пончо собирается отдать дань уважения Колу Чейдеру. Еще один проект связан с музыкой для органа. "Я бы хотел что-нибудь сделать с таким органистом, как Джимми Смит или Джек МакДафф, — говорит Санчес. Еще никому не удавалось соединить звучание "Хаммонда Б3" с латинскими ритмами. Может быть мне повезет?" Но это все планы, а пока год назад Пончо выпустил свой последний альбом Latin soul, на концертной версии которого мне удалось побывать. Впечатления, полученные от этой программы, настолько сильны, что мне бы хотелось поделиться ими. Это было ровно год назад в Сан-Франциско в одном из концертных залов, напомнившим мне наш типовой Дом Культуры: те же колонны по бокам, балконы с аляповатыми узорами, в центре танцплощадка, правда, по краям которой стояли не трибуны с красным знаменем и бюстом Ленина, а уютные круглые столики для посетителей с указанными местами. Народу набилось тьма-тьмущая. Видно было, что предстоящий концерт вызвал повышенный интерес. Я сидел в первом ряду и, сгорая от нетерпения, ждал, когда появятся музыканты. И вот они вальяжной походкой вышли из кулис, неторопливо настроили инструменты и... Буквально с первых же тактов меня постигло разочарование, потому что собравшаяся толпа незамедлительно хлынула, пританцовывая кто как умел, к сцене и превратилась в монолитную колышущуюся массу, за которой, сидя, ничего невозможно было разглядеть. Пришлось подняться и, прислонившись к одной из колон, наблюдать за происходящим, стоя. Но то, что я увидел и услышал в этот вечер, с лихвой искупило те пустяковые неудобства, о которых через минуту после начала концерта я уже не помнил. Восемь музыкантов, нисколько не напрягаясь, творили чудо, с блеском играя темпераментную сальсу и демонстрируя удивительное взаимопонимание. Четкий ритм аккомпанирующего состава, технически безупречные соло на духовых, стройное и на редкость слаженное звучание группы в целом, — все это не могло не поразить. И в центре — главная фигура бесконечно обаятельного Пончо Санчеса, вдохновенно поющего Ven Pa Bailar, в которой он всех настойчиво приглашает "давайте танцевать, давайте веселиться". Это был настоящий латинский джаз, которому Пончо и участники его группы посвятили свои артистические души.

На этом позвольте сегодня закончить. Я, Артур Ераносов, прощаюсь до следующей встречи и оставляю вас с мистером Пончо Санчесом, в исполнении которого звучит композиция Ven Pa Bailar из альбома 99-го года. Всего вам доброго.

(фонограмма: Ven Pa Bailar из альбома Latin Soul, Concord Records, Inc., 1990)</i